z-gorod (z_gorod) wrote in mosobl,
z-gorod
z_gorod
mosobl

Игры со Звенигородским музеем. Где рубеж нашей культуры?

Рожнов

Продолжение темы «Звенигород. Здесь не будет музея!»

Вопрос о судьбе Звенигородского музея вынесен на публику.
Только благодаря активности жителей, министру культуры МО пришлось публично как бы дать интервью (пусть и самому себе).

До этого шла обычная бюрократическая подковерная возня, теперь Рожнов хотя бы признался, что план превращения Звенигородского историко-архитектурного и художественного музея в филиал «Нового Иерусалима» существует.
Но аргументы его никуда не годны и при детальном рассмотрении оказываются стандартным бюрократическим крючкотворством.

Судите сами:
[Интервью министра культуры МО с компетентными комментариями]

Олег Рожнов: МВК МО "Новый Иерусалим" 
не заменит музей 
в Звенигороде
В последнее время в интернете и некоторых СМИ стали появляться статьи с кричащими заголовками: «Звенигородскому музею грозит уничтожение», «Город оставят без истории», «Фонды музея под угрозой». Их авторы утверждают, что в ближайшее время историко-архитектурный и художественный музей чуть ли не исчезнет с лица земли. Потому что, мол, чуть ли не все коллекции переводят в новый Музейно-выставочный комплекс Московской области «Новый Иерусалим», а сам музей в Звенигороде станет всего лишь филиалом. Корреспондент «Подмосковье сегодня» обратился за разъяснениями к министру культуры Московской области Олегу Рожнову.

Ни один музей не был против фондохранилища

– Олег Александрович, разговор о том, что для коллекций подмосковных музеев создадут фондохранилище в комплексе «Новый Иерусалим», идет с 2009 года, когда только начиналось его строительство. И до сих пор ни один музей против этого не выступал, ведь так?

– Эту идею всегда поддерживали в музеях. Более того, каждый из них сам составлял заявку на то, какое помещение ему необходимо, сколько метров, какого качества. Я думаю, каждый человек понимает, что хранить коллекции в неприспособленных помещениях – это неправильно. В «Новом Иерусалиме» у каждого музея есть свое отдельное помещение, которым распоряжается сам музей. Так, в частности, и Звенигородскому музею здесь выделили сотни метров для хранения фондов. То, что сотрудники музея сочтут нужным, они переведут в Истру. То, что решат оставить в Звенигороде, оставят и для экспонирования, и для хранения. Кроме того, в «Новый Иерусалим» музей может присылать своих научных работников в любое время для исследований, каких-то необходимых работ. Для этого тут созданы все условия, в том числе реставрационные мастерские, для всех музеев Московской области.

[Нельзя сказать, чтобы сотрудники музея однозначно «эту идею поддерживали». Музей предлагал разместить в новоиерусалимских фондах только коллекции архитектурных деталей, народных тканей и металла. Когда начинался разговор о фондохранилищах для музеев в «Новом Иерусалиме», у Звенигородского музея было и свое основное фондохранилище - казначейский корпус, на ремонт которого в 2011 г. государство выделило средства, и был манеж, помещение которого, помимо экспозиций и выставок, планировалось частично использовать как фондовое. Площади в «Новом Иерусалиме» музей воспринимал как дополнительные, но не как основные. Теперь же, с утратой здания манежа (в настоящий момент осуществляется процедура его изъятия из оперативного управления музея) и здания казначейского корпуса (его обещано передать монастырю) появляется, как видим, идея перевода основной части фондов в «Новый Иерусалим»].

Кроме того, переведя часть коллекции в «Новый Иерусалим», мы освобождаем площади для выставок, которые могут стать масштабнее и разнообразнее, а значит, привлекут больше посетителей.

[А как мы видим из этой фразы, фонды должны быть выведены уже полностью – в том числе и из Административного здания музея, отреставрированного в 2007 г. и на 50% приспособленного под фондохранилище мебели, живописи, темперной живописи, редкой книги, графики, фотографий и документов. На это государство израсходовало в то время 40 млн. руб. Выломать дорогостоящее оборудование, приспособленное специально под конкретные помещения, и выкинуть его, а затем провести новый ремонт с переустройством фондовых помещений в выставочные – это называется эффективный подход и экономия средств?!].

– Знаю, что вы обсуждали эту тему с представителями попечительского совета Звенигородского музея.

– Министерство всегда готово к диалогу. Недавно я действительно встречался с членами попечительского совета музея – Андреем Баталовым, заместителем генерального директора музеев Московского Кремля по изучению, охране и реставрации памятников архитектуры, и Львом Лившицем, заведующим Отделом древнерусского искусства Государственного института искусствознания. Я детально рассказал о проекте перевода музейных фондов в достойное хранилище. Они меня поняли. Мы договорились, что в ближайшее время члены попечительского совета приедут в Истру и посмотрят, какие помещения мы предоставляем Звенигородскому музею.

[В настоящий момент в «Новом Иерусалиме» невозможно даже показать помещения, предназначавшиеся для фондохранилищ Звенигородского музея, поскольку не только сами они, но даже коридор, ведущий к ним, залит по щиколотку водой, т.к. строительство Музейно-выставочного комплекса произведено некачественно.]

На почту не получил ни одной жалобы

[На почту не могла поступить ни одна жалоба, потому что сотрудников музея никто официально не уведомлял о планируемой реорганизации, у них никто не спрашивал совета и пожеланий к тому, как усовершенствовать работу музея, и настоящее интервью является по сути первым официальным изложением намерений. До этого в городе и в музее питались только слухами и теперь, как видим, эти слухи очень близки к подлинности.]

– А еще кто-то лично у вас интересовался судьбой музея, как все будет выглядеть на деле?

– Вот то-то и оно, что нет. Видимо, гораздо проще писать опусы в соцсетях, пиариться в интернете, а не обсуждать волнующие темы с министерством. Я на почту не получил ни одного письма относительно этого вопроса. Приходите, докажите мне, что экспонаты лучше хранить в здании бывшей гостиницы, нежели в приспособленном помещении. Объясните, что вас не устраивает. Но этого никто и не пытается сделать.

– Насколько я понимаю, музею довольно тесно, ведь сейчас идет процесс передачи помещений зданий Саввино-Сторожевскому монастырю?

– Именно так. Никто не отменял Закон «О передаче религиозным организациям имущества религиозного значения, находящегося в государственной или муниципальной собственности». Мы должны отдать Русской православной церкви Казначейский корпус, Привратницкую и сторожку. Царицыны палаты и административный корпус удалось сохранить за музеем благодаря конструктивному диалогу с Русской православной церковью. Но этого явно недостаточно для нормального функционирования музея. А средств на реставрацию звенигородского Манежа, куда бы мог переехать музей, просто нет. Стоимость разработки проектной документации и проведения ремонтно-реставрационных работ с приспособлением здания Манежа для музейной деятельности ориентировочно превышает 230 миллионов рублей. Средств на столь дорогостоящее восстановление здания Манежа в бюджете Московской области нет.

[Средств на реставрацию манежа нет сейчас, но они могут появиться через 2-3 года. Но тогда уже ценное историческое здание в центре Звенигорода будет в собственности другого владельца]

Что такое стать филиалом?

– Еще одна активно муссируемая тема – Звенигородский музей станет филиалом «Нового Иерусалима» и таким образом чуть ли не прекратит свое существование.

[Для музея, отмечающего в этом году 95 лет и на протяжении всей истории бывшего самостоятельным, данные меры, а именно сокращение управленческого персонала, является уничтожением, потому что музей – это не только здания и предметы. Это, в первую очередь, –  коллектив сотрудников и традиции, передаваемые от поколения поколению.

Что такое управленческий персонал?

Это директор, являющийся главным лицом музея и гарантом его суверенитета;

Это главный хранитель. Без него в музее не возможно исполнять функцию хранения, которая с его упразднением просто нивелируется.

Это зам. директора по научной работе. Без него в музее не будет конференций, научных публикаций, изданий. Без него не возможно осуществить контроль за выполнением научно-инвентарных описаний музейных коллекций.

Это главный бухгалтер, без которого невозможна никакая финансовая самостоятельность.

Это зав. экспозиционно-выставочным отделом. Без него не возможно осуществлять новые выставки и реконструировать старые экспозиции.

Это зав. отделом учета. Нет его – нет и отдела учета, т.е. у музея отбираются функции поступления в музейный фонд новых предметов и выдача экспонатов в другие инстанции.

Это зам. директора по административно-хозяйственной части. Без него невозможно произвести никакие ремонтные работы в помещениях, провести хозяйственные мероприятия. К тому же, в нашем музея на этого зама возложены обязанности, ранее относящиеся к зам. директора по безопасности. Помимо этого он является высокопрофессиональным контрактным менеджером.

Вместе с этим, с упразднением перечисленных должностей, теряется возможность иметь свою Экспертную фондово-закупочную комиссию и, стало быть, пополняться и развиваться.

В этом случае у музея отнимаются все самостоятельные функции: организация выставок, хранение, издание, приобретение экспонатов и многое другое.

Уничтожение «мозга» – это ли не уничтожение организма?]


– Да, сейчас у нас идет процесс обсуждения этого проекта, к реализации которого мы приступим в конце июня – начале июля. Но это ни в коем случае никак не повредит самому музею. Изменится статус, но ни один экскурсовод, ни один научный сотрудник не пострадает. Сократится лишь административный управленческий персонал, который составляет в Звенигородском музее 12,4%. Такая оптимизация идет сейчас во всех сферах и хорошо себя рекомендует, потому что помогает уйти от феодальной раздробленности, лишних расходов, раздутых управленческих штатов.

[В настоящее время управленческий аппарат составляет не 12,4%, а 9%. И именно этот аппарат осуществляет выполнение высоких планов по посещаемости, организует выставки своих экспонатов и предметов из других музеев, организует конференции и публикацию печатных изданий. 9%, по сравнению с другими музеями – это совсем не большой управленческий персонал, а минимальный, на протяжении многих лет не раздуваемый, а сдуваемый (последний раз штат музея был сокращен на 9 человек в декабре 2014 г., из них 5 – это управленческий персонал). И время еще не показало эффективности такой оптимизации].

Сейчас мы создаем губернский колледж искусств на базе трех учреждений. В рамках этого процесса два самостоятельных учреждения станут филиалами. Но люди к этому относятся спокойно, с пониманием, поскольку студенты и преподаватели при этом не страдают. Также и с музеями: посетители, для которых они работают, а также научные сотрудники и экскурсоводы не будут ни в чем ущемлены. А когда управленцев порой больше, чем функциональных работников, – это абсолютно неверно.

[Даже при цифре 12,4% управленцев, как видим, никак не получается больше, чем функциональных работников (соответственно 87,6%), при том, что все функциональные работы в Звенигородском музее выполняет именно тот самый административный аппарат, поскольку ставки так называемых «функциональных работников» были постепенно сокращены предшествующими волнами сокращений (последнее сокращение, как было сказано выше, было произведено в декабре 2014 г., когда штат музея сократился на 8%)]

– При этом музей будет работать так же, как работал до этого момента?

– Естественно. Какие выставки готовить, какие экспонаты изучать, какие реставрировать, какие привозить или увозить из фондохранилища – все эти вопросы работники музея будут решать исключительно самостоятельно. Ни о каком исчезновении, стирании с лица земли, уничтожении и речи не может идти. Коллекция музея остается при нем, как и коллекции остальных музеев. Мы помогаем лишь с пространством и пытаемся повысить экономическую рентабельность музея. Потому что у него гораздо больше шансов пострадать при прежней, не отвечающей требованиям реальности форме работы.

[Работники музея, которые останутся после «оптимизации» в музее, это – экскурсоводы, смотрители (т.е. сторожа экспозиций и выставок) и уборщицы. Каким образом, они «исключительно самостоятельно» смогут решать, «какие выставки готовить, какие экспонаты изучать, какие реставрировать, какие привозить или увозить из фондохранилища». Эти функции не входят в их полномочия, а являются всегда и везде полномочиями главного хранителя, зам. директора по науке, зав. отделом по экспозиционно-выставочной работе, но они-то, получается, и сокращаются].

Инга Тарасова
Источник: http://mosregtoday.ru/


[Становится понятным, что Звенигородский музей – не самый затратный в регионе, вовсе не неэффективный (о его неэффективности и речи не идет). Просто он выбран в «козлы отпущения» – на заклание, чтобы чиновничество могло отчитаться, что оптимизация в Московской области проведена успешно. Но то, насколько это успешно, насколько это эффективно, следует просчитать отдельно].

Зв-музей

Посмотрим, удастся ли жителям «Города, не сдавшегося врагу» выстоять в схватке с отечественной бюрократией.
Во всяком случае, сделать все втихую уже не получится.


Продолжаем
Сбор подписей под петицией за сохранение самостоятельности Звенигородского музея.

Tags: Звенигород, власть, звенигородский музей, истра, памятники, подмосковье
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments