ТВ Подмосковья (TVmosobl) wrote in mosobl,
ТВ Подмосковья
TVmosobl
mosobl

Category:

Марк Гальперин из Реутова, приговоренный к 38 суткам ареста за пикеты. Кто он?

Самая идеалистическая программа.

Т.Олевский― Видимо, да. Роменский, Олевский, программа «Они» начинается. Идеалистичная она потому, что чтобы выходить на улицы нашего города с любыми лозунгами и во что-то верить, несмотря на всевозможные отсидки, надо быть, наверное, все-таки идеалистом в нынешнее время.

В.Роменский― Да, будем говорить сегодня про Марка Гальперина, такой активист оппозиционный, который достаточно часто выходит на подобные акции. Он был приговорен к 38 суткам административного ареста за свое участие в уличных акциях.

Т.Олевский― Интересно, а депутат А. Сидякин…

В.Роменский― Слушает ли программа «Эха Москвы»?

Т.Олевский― Он в Антарктиде сейчас, по-моему.

В.Роменский― По-моему, он уже нашелся.

Т.Олевский― Нашелся, да. Это ведь он когда вносил в Госдуму закон, ужесточающий правила наказания за участие в митингах, акциях. И вот Марк Гальперин сейчас пожинает плоды этого закона. Один из тех, кто это делает.

В.Роменский― Марк и сейчас отбывает административный арест, помимо этого, против него возбуждено уголовное дело по статье 212.1 УК РФ: неоднократное нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования. Действительно Марк Гальперин довольно часто задерживается, против него дела идут и идут. Говорят, даже на штрафы уже не обращают внимания активисты, которые таким образом свой протест высказывают. В настоящий момент Гальперин отбывает административный арест в 38 суток за повторное нарушение законодательства о митингах. В январе он был задержан на Манежной площади с плакатом «Je suis Charlie» (Я — Шарли) в поддержку французского сатирического журнала Charlie Hebdo, а также на несанкционированной акции сторонников Навального 15 января.

Т.Олевский― Это очень грустно, т.к. Россия высказала соболезнования французам, в т.ч. родственникам погибших журналистов из журнала Charlie Hebdo. Никто на официальном уровне с этим не спорил. Сергей Лавров, наш министр внутренних дел поехал в Париж участвовать в этом шествии мирном. Помните, наверное, когда миллион парижан вышли на улицу почтить память журналистов. И в России не задержали Лаврова за участие в этом шествии, т.к. ничего плохого в этом нет, ведь действительно наоборот Марк Гальперин вышел в такой же табличкой, с какой весь мир выходил.

В.Роменский― А к Марку, когда он стоял с плакатиком, подошел какой-то неизвестный, развернул свой плакат, так, понимаешь, правило одиночного пикетирования было нарушено.

Т.Олевский― Да, и самое смешное, в одиночном протоколе, в котором было написано, при каких обстоятельствах в тот день был задержан Марк Гальперин было так и написано: держал плакат…

В.Роменский― «Je suis Charlie».

Т.Олевский― Да. Прямо латинскими буквами. Все правильно, переписали очень четко.

В.Роменский― Второе административное дело в отношении Гальперина касалось как раз таки задержания на Манежной площади 15 января. Сначала на этот день был назначен приговор братьям Навальным, потом его перенесли на 30, и на следующий день люди выходили, а когда Марк Гальперин вышел 15, то ему предъявили не санкционированную акцию, и получил он 30 суток.

Т.Олевский― По одному из законов РФ, одному из самых гуманных законов в этом смысле, нельзя отбывать 2 наказания подряд и нужно, чтобы между 8 и 30 сутками было какое-то формальное время. Я так понял, Марк Гальперин пробыл на свободе сутки, чуть больше, попрощался с женой и отправился читать книги в спецприемник дальше.

В.Роменский― Сегодня мы пообщались с Марком Гальпериным, причем интервью он давал нашей радиостанции.

Т.Олевский― Он давал интервью в тот момент, когда его уже описывали, забирали вещи, документы в спецприемнике.

В.Роменский― Когда я ему позвонил, он вообще, во всей видимости, обратился к сотруднику УФСИН, который там был, извините, а можно мне перезвонят?

Т.Олевский― Очень вежливо.

В.Роменский― И у нас было с ним интервью на 6 минут. Однако оно очень сильно смонтировано, вы должны это понимать. Из него мы вырезали очень много, и надо просто понимать, для чего мы это сделали.

Т.Олевский― К сожалению, мы не можем повторить все то, что сказал Марк, т.к. по законам РФ, мы С Владимиром Роменским отправимся на 38 суток, а «Эхо» получит какое-нибудь 164 предупреждение и не будет говорить вам уже ничего. А мы этого не хотим.

В.Роменский― Тем не менее, свою позицию Марк Гальперин в этом интервью озвучивает, и она сквозит, несмотря на ужасную…

Т.Олевский― Ценуру, и я сразу хочу сказать, это цензура Роменского. У меня рука не поднялась.

В.Роменский― Ты знаешь, я согласовывал этот материал с главным редактором – Алексеем Ведениктовым. Когда он услышал только одно слово – восстание, он сказал: нет, это мы в эфир давать не можем. Я Алексея Алексеевича в этом вопросе понимаю, поэтому к нему сперва и обращался.

- Сейчас появился новый стереотип, что люди, которые выходят на улицу на протест, это какие-то маргиналы. Вы считаете себя маргиналом?

М.Гальперин― Нет конечно. Я обычный менеджер, продаю оборудование связи, таких тысячи, сотни тысяч, это обычные интеллигентные люди, эти люди выходят иногда с шариками на демонстрации, но эти же люди будут заменять власть. Естественно, родные и близкие не хотят, чтобы я садился в тюрьму. У меня уже есть опыт, если кто-то будет передавать – не мне, другим – побольше овощей, всякие там конфеты-бараночки хорошо, но этим как правило завалены полки арестантов, сыр-колбаса тоже хорошо, но это все есть, повторюсь: лучше всего овощи. Витамины. Мне нужная только поддержка. Если просить, то только письма, записки – это самое лучшее. 5 строчек и внизу подпись это лучше любой колбасы. Россия – культурная страна. Такие понятия как честь, свобода, совесть невозможно убить ни в одной стране.

Т.Олевский― Я припомнил, совсем недавно на «Дожде» у Ксении Собчак был замминистра связи и массовых коммуникаций А. Волин, и там как раз, когда Собчак спрашивала про люстрацию, он сказал, что будет защищаться от таких людей, которые придут к нему люстрировать его, он стрелять умеет, сказал. Мне кажется те люди, которых вы сейчас слышали, вряд ли думают о люстрации, вряд ли могут прийти, у них совсем другие мысли. И навыки стрельбы Алексея Волина могут не понадобиться

В.Роменский― Давайте теперь про Марка Гальперина и о том, кто он вообще такой. Марк Гальперин – постоянный участник одиночных пикетов на манежной площади. Он был фигурантом уголовного дела по новой митинговой статье – 212.1. Гальперину теперь грозит до 5 лет колонии. 20 января Марка вывезли из спецприемника, где он отбывал административный арест в СК. При этом активиста 6 часов продержали в машине в тапках, как сообщает «Грани.ру», из-за чего он простудился. На допросе Гальперин отказался от услуг назначенного адвоката, а также - сославшись на статью 51 Конституции - от дачи показаний. Марку Гальперину 46 лет, он из подмосковного Реутова. Закончил московский автомеханический институт.

Т.Олевский― Тут есть разночтения, но адвокат Марка уточнила, что он окончил Автодорожный институт.

В.Роменский― Ты имеешь в виду Аллу Фролову?

Т.Олевский― Да, она еще будет у нас в эфире.

В.Роменский― Она его гражданский защитник, по-моему. По профессии, как я понимаю, Марк не так много работал. Где-то я читал, что он служил в армии, помимо этого работал менеджером по маркетингу в различных коммуникационных компаниях.

Т.Олевский― Он совсем недавно появился в публичной плоскости как отдельный человек, про которого мы так говорим.

В.Роменский― Марк Гальперин, как мне кажется, фигура, во многом похожая на Мохнаткина, который сейчас тоже отбывает свой срок за то, что 31 декабря подрался с сотрудниками полиции на Триумфальной площади. Марк Гальперин выходит с плакатами, всегда говорит, что выступает против действующей власти. Он говорит о том, что он не согласен с действующим руководством страны. Но, тем не менее, он стоит один, его практически никто не знает. Про себя очень мало рассказывает, многие отмечали, что он очень закрытый.

Т.Олевский― Он явно не стремится быть звездой, это совершенно очевидно. Выглядит он и ведет себя как совершенно обычный человек. Его блог, который он написал на сайте «Эха Москвы»…

В.Роменский― Да.

Т.Олевский― Посвящен он был событиям 6 августа прошлого года, когда к памятнику Жукову вышло несколько человек протестовать против событий в Украине. 7 августа их там повязали, пришли другие люди, встали с плакатом «Майдан не пройдет».

В.Роменский― Т.е. это такая ситуация как сейчас.

Да. «Авторитаризм, тоталитаризм, фашизм не приходят мгновенно, они подкрадываются постепенно. Доза абсурдности увеличивается, и наконец, происходят вещи, которые делают нормой преклонение людей перед безумным руководством страны. Поток пропаганды и страх наказания давят на обывателя. Да, единицы сопротивляются, но большинство руководствуется инстинктом самосохранения, который гласит - не высовывайся. Страна в целом переходит грань добра и зла». Знаете, это такие слова, в их нет особенной новости, открытия. Это такие слова, которые люди, разговаривая за политику на кухне, могут сказать в процессе спора. Это обычные слова обычного человека. На самом деле, наша коллега ведь не просто так спросила у Гальперина, не чувствует ли он себя маргиналом. Людей, которые могут выйти на улицу и что-то сделать, таких очень мало, мне кажется, никто не верит в то, что можно политику решать на улице. Даже мы с тобой недавно говорили, что Михаил Дмитриев, бывший глава центра стратегических разработок, человек очень известный, говорил, что если и возможен в России протест, к которому прислушаются, только экономическим может быть, но не политическим.

В.Роменский― Но когда Дмитриев это говорил, не было ситуации с «Je suis Charlie», всей этой истории с нападением на радикальных исламистов, террористов, на журналистов, работающих своим пером, своим карандашом, на карикатуристов…

Т.Олевский― Это правда, да.

В.Роменский― Они действительно были резки в своих выражениях и рисунках, но это были выражения и рисунки.

Т.Олевский― Тут же разговор был о том, почему люди выходили с «Je suis Charlie», почему вышел Гальперин, т.к. плохо убивать людей, плохо убивать журналистов за их мнение. А ситуацию с Алексеем Навальным мы тоже прекрасно помним. Он выходил на площадь, как и тысячи людей выходили 30 числа на Манежную площадь, когда Олега Навального, по сути, взяли в заложники, а Алексея оставили на свободе – странная была история.

В.Роменский― Мы можем вспомнить, что в День независимости Украины по улицам Донецка, если я не ошибаюсь, провели…

Т.Олевский― Пленных украинских солдат, да. Еще зеленка. В России не так часто обливают зеленкой, хотя, мне помнится, девушек из «Pussy Riot» обливали зеленкой.

В.Роменский― Да давайте послушаем, что про Марка Гальперина рассказывает один из представителей ОНК Москвы. Зоя Светова, и как она увидела Марка Гальперина.

З.Светова― Я Марка Гальперина совсем не знала. Я знала, что есть такой человек, который часто выходит на пикеты, но я не была с ним знакома, я видела только его фото в Фейсбуке. И когда его посадили ан 38 суток, то с моим коллегой НРЗБ мы пришли к нему в спецприемник. Мы с ним там разговаривали, и мне было ужасно интересно, что это за человек и почему он с таким упорством выходит на пикеты, стоит там один, и вообще чего он хочет добиться. И Марк сказал мне, что он считает, что власть в России возможно изменить путем мирного протеста. Он говорит, что всем нужно выходить на такие мирные протесты, чтобы постепенно собралось очень много людей, столько же людей, как было в 90-х, когда миллионы людей выходили на улицы, и власть сменилась. Мне он показался идеалистом, человеком, который делает все из лучших побуждений. Он может быть, не реалист, но такие чистые люди, которые готовы за свои убеждения идти в тюрьму, за свои идеалистические убеждения, т.к. я просила: а если вас за это посадят? Он сказал: ну и что, я буду сидеть. Я сказала: вас же могут уволить с работы. Он сказал: ну и что, есть что-то важнее, чем работа, чем страх тюрьмы, есть совесть, честь. Он мне показался таким человеком, не то, что не от мира сего, но таким идеалистом, который знает, что он хочет. В январе 2015 года собрать миллионную толпу, которая выйдет на московские улицы, Марк, кстати, говорил о том, что нужно, чтобы не только в Москве выходили люди, но и в других городах тоже. Он готов свои идеи пропагандировать и в других городах. Он готов сотрудничать, работать со всеми оппозиционерами. Хотя насколько я поняла, он считает себя гражданским активистом, он не считает себя политиком, у него нет партии, у него есть движение. Но он готов со всеми оппозиционерами быть вместе. Он такой мирный протест, т.к. эта власть ему не нравится.

В.Роменский― И Зоя Светова говорит, что не верит, что выйдет миллион человек сейчас, зимой 2015, и это себе представить невозможно, а Марк верит, и он готов этот миллион там, по всей видимости, ждать. Сейчас реклама.

Реклама

В.Роменский― Программа «Они», 22 часа и 35 минут в российской столице. Сейчас мы разговариваем с Еленой, супругой Марка Гальперина. Елена, здравствуйте.

Елена― Добрый вечер.

В.Роменский― За тот день, что Марк был на свободе, что он делал, с кем встречался, как прощались?

Елена― Встречались, как прощались – как близкие люди. Марк увлеченный человек, но в то же время сердечный, так и прощались. У нас хорошие партнерские отношения.

В.Роменский― Вы в разводе?

Елена― Да.

Т.Олевский― Вы ему как-то пытались объяснить, что, может быть, это неправильно, выходить сейчас на акции?

Елена― Я, конечно, обсуждала с ним это. Понимаете, я с одной стороны понимаю, что он не прав, а с другой, что он прав. Он живет не по законам корысти и бытовой морали, а по законам высшей справедливости. И в то же время он имеет четкое представление об окружающей его действительности, он намеренно выбрал это и считает это правильным, своей миссией.

Т.Олевский― Можно же другими способами что-то поменять.

В.Роменский― Мы с Олевским, честно признаемся, что-то тоже пытаемся менять.

Елена― Я говорила ему, что есть и другой путь, но пока он склоняется к тому, что акции протеста.

В.Роменский― А в какой момент Марк начал интересоваться уличной политикой? Переломный момент?

Елена― Переломный момент, я думаю, 2011 год. Он начал интересоваться этим протестным движением.

Т.Олевский― А вам угрожал кто-нибудь?

Елена― Нет.

Т.Олевский― Кто еще разделяет его убеждения?

Елена― Точно назвать не могу, но есть соратники, конечно, он не один. Другое дело, что он выбрал себе такой путь, что он должен ходить, не совсем он тут прав, на мой взгляд, но это его выбор.

Т.Олевский― А сильно ему мешает такая его гражданская позиция?

Елена― Как ни странно, Марк очень успешный человек, я знаю его давно, он талантливый, успешный. Он профессионально играет на скрипке, знает французский язык.

Т.Олевский― Это не то, что человек нечем заняться, он поэтому на улицу ходит…

Елена― Нет. Он профессионал в своей области. Мы познакомились с ним лет 16 назад в очень известной российской компании, и мы занимались маркетингом. Я не могу сказать, что ему нечем заняться, он состоявшаяся личность.

В.Роменский― Он еще и анекдоты пишет?

Елена― Пишет, он харизматичный человек. Это человек, который считает, что он должен говорить правду.

В.Роменский― Спасибо вам большое за этот рассказ. Я надеюсь, скоро вы встретитесь.

Елена― Да, я очень переживаю за него и считаю, ему удастся выйти оттуда, т.к. это хороший человек…

Т.Олевский― А вы детям объясняете, что с папой?

Елена― Дети у меня от предыдущего брака, старшая дочь не знаю, но младшие, я думаю, еще не понимают, что с ним происходит сейчас.

В.Роменский― Спасибо вам большое.

Елена― Спасибо.

В.Роменский― А сейчас давайте послушаем Евгения Левковича, это активист движения «Julia & Winston»…

Т.Олевский― Который выходит на Красную площадь к памятнику Жукова, и он смог убедить сотрудников ФСО и полиции, что они ничего не нарушают, к ним относятся пока сравнительно терпимо.

В.Роменский― Плакаты они не поднимают, но такое движение…

Т.Олевский― Люди, которые заявили, что у них просто есть право говорить, и они хотят отстаивать это право.

В.Роменский― Они хотят собираться в центре Москвы, беседовать.

Т.Олевский― И говорить какие-то мысли, которые они имеют право по закону высказывать вслух.

В.Роменский― И о том, что они там стоят за Марка Гальперина Евгений Левкович мне тоже сказал.

Е.Левкович― Марк человек довольно закрытый, скромный, поэтому каких-то подробностей о нем рассказать сложно. Но я его знаю очень давно благодаря протестным акциям, которые он практически не пропускает. Он очень идейный, упертый, таких мало по упертости, смелости, принципиальности в протестном движении, в то же время честный, очень надежный друг. Он редкий по надежности человек.

В.Роменский― Там есть какой-то штраф или наказание в виде ареста?

Е.Левкович― Нет, там наказание в виде ареста. Я думаю, все мы уже перестали интересоваться этими штрафами, т.к. оплатить их невозможно. Страшны, конечно, не эти штрафы, а 38 суток, во-первых, это срок абсолютно непомерный, я уж не говорю, что несправедливо дан человеку. 38 суток это срок, из-за которого кто-то потеряет работу. Он занимался протестной деятельностью в свободное от работы время, у него 4 детей. Но ни один работодатель не будет терпеть, как бы хорошо к нему не относились, то, что человека 38 суток нет на работе с перспективой еще и сесть на 5 лет. Тюрьма, еще и на такой срок – это капец!..

В.Роменский― У меня тоже есть небольшая личная история, связанная с Марком Гальпериным. Недавно я ехал с оппозиционным активистами в одном микроавтобусе в Ярославль, где должен был быть митинг по поводу отмены прямых выборов мэра. Там тоже был Марк Гальперин. Автобус остановили сотрудники ДПС, стали смотреть, что там и как. Активисты сказали: вы нам что-то подбросить можете, пока не будет собаки, мы вам внутрь зайти не дадим. Марк Гальперин и еще несколько человек тихой сапой, когда поняли, что все это затягивается, перешли на другую сторону, поймали машину и успели уехать. Когда мы, журналисты, попытались уйти, сотрудники полиции сказали: нет, а вы задержитесь.

Т.Олевский― Сориентировался.

В.Роменский― А он смог. Прочитай анекдоты Марка.

Т.Олевский― То ли у меня настроение такое, то ли что, но не могу сказать, что мне прямо очень смешно.

В.Роменский― Вот одна из рецензий на него: «Вы говорите о Гальперине Марке Израилевиче? Как он сам говорит о себе " писатель непрофессиональный (лучшее достижение на литературном поприще - попадание в листинг юмористического сайта
anekdot.ru). Родился в 1968 году в Московской области, в Реутове… Его сайт xaxaxa.ru пошучивает пару раз в неделю, к сожалению, и на политические темы, как тот попугай не могу молчать, хотелось бы, чтобы рубрика политика у него на сайте исчезла, не надо мне брежневское время с его анекдоты в полголоса по ЦК КПСС», - пишет женщина. Давай.

Т.Олевский― Два физика разговаривают:

- Что-то скучно.

- Да уж. Пойдем в лабораторию – плазму посмотрим.

Это, правда, очень смешно, мне кажется.

В.Роменский― Остальные анекдоты не такие забавные, по нашему мнению. Сейчас мнение Михаила Кригера, одного из оппозиционеров, который знаком с Марком.

М.Кригер― С Марком я знаком уже несколько лет. Наблюдаю его на всевозможных акциях. Как-то в одной время я организовывал одиночный пикет в честь Удальцова, который очередную свою голодовку держал, и Марк был одним из пришедших. Уже тогда он мне сказал, что у него на работе какие-то неприятности из-за его деятельности. Это был момент, когда более или менее близко общались. Вообще, довольно для меня симпатичный, человек абсолютно несгибаемый. Человек, которого невозможно ничем перешибить. Видно, что человек этот будет линию свою гнуть, несмотря не на что. При этом не громогласный, не горлохват, извините, человек тихий, интеллигентный очень. Очень приятно, что при этом, он является человеком несгибаемым. Я сейчас испытываю некоторое недоумение, растерянность, Марк в этом отношении посильнее меня. Он будет делать свое дело при любых условиях. Он понимает, это единственное, что надо делать. А победим, рано или поздно да, государство не может находиться в том состоянии, в котором оно находится. Но вопрос рано или поздно для меня довольно существенный. Он собирал людей, организовывая движение за смену власти, делал свое дело тихо, несмотря не на что, он готовил почву для того, чего мы хотим все.

В.Роменский― Вот видишь, все-таки что-то в головах у людей ломается. С Марком это произошло после прошлых выборов в Госдуму.

Т.Олевский― Есть такая штука – выученная беспомощность, когда ты знаешь, что нельзя что-то делать, за это бьют по голове, ты начинаешь этого бояться, постепенно себе это запрещаешь, а люди, которые так поступают, против них появляется агрессия. Они выглядят дураками и над ними хочется посмеяться. Ты самый глупый что ли? Нет, значит, люди, которые выходят, глупее тебя, их в тюрьму сажают. Поэтому люди .которые выходят на улицу, они стали маргинализировтаься. Все люди в цивилизованном мире выходят на улицу, чтобы высказать свою точку зрения.

В.Роменский― Чтобы привлечь внимание к какой-то проблеме.

Т.Олевский― Да. Это по всем законам, по человеческой норме жизни, которое выработало общество.

В.Роменский― А ты знаешь, с Марколм Гальпериным вообще непросто, он имеет такие радикальные взгляды, кажется некоторым. И если бы он был чуть-чуть проще, было бы легче.

Т.Олевский― Может быть, у нас страна не такая радикальная.

В.Роменский― С другой стороны, я сегодня беседовал с еще одним представителем оппозиционного движения, фамилию называть не буду. И она тоже говорит: эта история реально как с Мохнаткиным, нельзя людей сажать за то, что они такие.

Т.Олевский― Я помню, что участвовал в пикетах, когда это были пикеты, посвященные избиению или убийству журналистов.

В.Роменский― Да, и я выходил.

Т.Олевский― Что мы, идиоты что ли были тогда? Мы не могли сидеть дома и молчать, т.к. это касалось близких нам людей.

В.Роменский― У нас сейчас на связи Алла Фролова, тоже оппозиционный активист, защитник Марка Гальперина. Алло?

А.Фролова― Да.

Т.Олевский― Алла, а как полиция к самому Гальперину относится? Что он сказал?

А.Фролова― Полиция, я наблюдала, относится с уважением. Можно его понимать или не понимать, но его позиция, его интеллигентность, вера в то, что это будет, достойна уважения. Вчера он неожиданно вышел, мы пропустили, что он должен выходить. Когда он позвонил и сказал, что его выпускают, мы растерялись, и я лично поехала к начальнику спецприемника, чтобы это было законно. И сегодня даже разговоров не было, когда мы приходили.

Т.Олевский― А вы знаете, как бывает, людей пускают, а потом предъявляют что-нибудь?

А.Фролова― Мы ждали какую-нибудь провокацию, но он вышел, поехал домой, все было под контролем. Понимаете, когда человеку дают 30 суток не за что, то человеку, наверное, нечего бояться.

В.Роменский― А за пикет?

А.Фролова― У нас пикеты разрешены.

В.Роменский― Да, я понимаю.

А.Фролова― Марк Гальперин за время нашего знакомства – около 3 лет – ни на одном пикете никогда ничего не нарушил. Никого никогда не призывал нарушать, действовал в рамках закона. А когда в стране нарушается самый главный закон – Конституция – мы человека осуждаем 2 раз за одно и то же…

В.Роменский― Это уголовное дело, которое ему шьют сейчас на 5 лет, перспектив у него, как мне говорили, с юридической точки зрения не должно быть.

А.Фролова― Правильно.

В.Роменский― Т.к. 2 раза за одно и то же судить нельзя.

А.Фролова― Это будет 3 раз! Ему дают 30 суток за то, что он когда-то нарушил. Ему уже выписаны штрафы, понимаете? И 3 раз на него заводят уголовное дело. Я не знаю, какие будут перспективы. Но мы должны понимать: все происходящее противозаконно.

Т.Олевский― Алла, он вышел 1 и получил такое наказание, а если бы он вышел не один?

А.Фролова― Свои 30 суток Марк Гальперин получил за то, что вышел из метро и прошел 10 метров.

Т.Олевский― 15 числа?

А.Фролова― Да, о пикете речь не шла.

В.Роменский― Алла, спасибо вам большое. Спасибо. Супруга Марка Гальперина называет его воином света, причем супруга бывшая, это о чем-то, наверное, говорит. Спасибо!

Эхо Москвы


Tags: Гальперин, Марк Гальперин, Московская область, Подмосковье, Реутов, арест, пикет, суд
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments